Эрбиевый лазер ProFractional (Профракшнл)

Что: ProFractional – фракционный абляционный эрбиевый лазер. То есть создает в коже микроканалы, оставляя между ними неповрежденные участки.

Где: На лице и теле.

Когда: Сезон низкой солнечной активности.

Зачем: Лучше всего подходит для коррекции рубцов. Реже – ради качества кожи и работы с небольшим птозом.

На вопросы отвечают три косметолога, которые много работают на этом аппарате

Макшанова Елена Валерьевна
Врач-косметолог
Москва

Богданова Дарья Владимировна
Врач-косметолог
Москва

Газеева Елена Евгеньевна
Врач-косметолог
Москва

- Как давно и как часто вы работаете на ProFractional?

Макшанова Елена: С 2018 года.

Богданова Дарья: С 2018 года.

Газеева Елена: На 2026 год работаю на нем около 7 лет, но не очень часто – в основном с рубцами. Например, после другой процедуры пациент может спросить: «У меня остался небольшой шрам, можно с ним что-нибудь сделать?» Тогда беру ProFractional.

Большие шлифовки на нем делаю редко, в том числе из-за сезонных ограничений. Для них предпочитаю HALO: травма меньше, результат вполне оправдывает реабилитацию. По этому соотношению для меня он на первом месте.

- Ваше общее впечатление от ProFractional?

Макшанова Елена: Ювелирный лазер, где параметры можно выставлять буквально до микронов. Это совсем крошечные величины – примерно на уровне размеров клеток.

Богданова Дарья: Я очень люблю эту шлифовку за быструю реабилитацию. Лазер обрабатывает кожу точечно, оставляя вокруг нетронутые участки – благодаря им ткани восстанавливаются быстрее, чем после полной шлифовки. А нет большого ожога – ниже риск осложнений: реже возникает гиперпигментация, быстрее проходит краснота. Поэтому ProFractional подходит не только для рубцов: с определенными настройками я работаю им даже на таких деликатных зонах, как веки и шея.

У ProFractional можно менять глубину обработки, и для рубцов это особенно важно. Один может быть глубоким, другой – почти плоским, и я подбираю под каждый свои параметры и плотность покрытия. И при этом я хорошо понимаю, какой результат получу.

Газеева Елена: Хорошее!. Для меня Профракшнл – лучший инструмент для работы с рубцами.

- ProFractional – какой это тип шлифовки, в чем его особенности?

Резюме: ProFractional – фракционная абляционная шлифовка эрбиевым лазером 2940 нм. Он испаряет ткань в микрозонах, оставляя между ними неповрежденные участки. поэтому восстановление проходит легче, чем после плоскостной шлифовки.

Макшанова Елена: ProFractional – фракционный абляционный эрбиевый лазер с длиной волны 2940 нм. Его еще называют «холодным»: в отличие от СО2-лазера он почти не прогревает ткани, если врач специально не включает режим коагуляции.

Богданова Дарья: Это абляционная фракционная шлифовка на эрбиевом лазере с длиной волны 2940 нанометров. Абляционная – потому что лазер испаряет ткань, фракционная – потому что делает это только в отдельных точках, оставляя кожу между ними нетронутой. В результате площадь травмы меньше, а восстановление проходит легче.

При любой фракционной шлифовке нагреваются не только точки, куда попадает луч, но и ткани вокруг – это называют коагуляцией. У некоторых лазеров зона нагрева довольно большая, а ProFractional испаряет ткань очень быстро, поэтому тепло почти не успевает перейти на соседние участки. Кожа получает меньшую тепловую травму – и реабилитация занимает меньше времени.

Но при необходимости нагрев можно увеличить. У ProFractional глубину шлифовки и степень коагуляции настраивают независимо друг от друга. За один импульс лазер снимает от 20 до 150 микрон ткани, а количество тепла вокруг микроканала врач может менять от минимального до максимального. Так оба параметра можно подобрать под конкретную задачу.

ProFractional можно настроить и на сравнительно мягкую работу, и на глубокую шлифовку с сильной коагуляцией. Во втором случае по эффекту он приближается к СО2-лазеру – это нужно, например, при глубоких рубцах, когда мало просто сгладить рельеф, ткань еще надо немного стянуть. Но даже в таком режиме эрбиевый лазер греет кожу меньше, чем СО2 – поэтому ниже риск ожога и пигментации.

А еще ProFractional можно сочетать с неабляционным лазером. Первый испаряет небольшие участки ткани, второй нагревает ее изнутри, не повреждая поверхность. Так за один сеанс можно совместить два разных принципа работы.

Газеева Елена: ProFractional – фракционный абляционный эрбиевый лазер. Он создает в коже множество микроскопических зон абляции, а участки между ними остаются нетронутыми. Обычно за одну процедуру обрабатывают около 10–30% поверхности. Шлифовка при этом может быть довольно агрессивной, а кожа в среднем заживает за 5–14 дней.

На месте удаленной ткани растут новые волокна коллагена, обработанный участок сокращается – за счет этого рубец сглаживается. Еще на ProFractional работают с возрастными изменениями.

- Для каких задач и типов кожи ProFractional подходит, а для каких – нет? Работает ли на теле или только на лице?

Резюме: ProFractional лучше всего подходит для рубцов. Менее популярен для работы с птозом, текстурой кожи, гипер- и гипопигментацией. 

Макшанова Елена: ProFractional подходит прежде всего для омоложения и коррекции рубцов. В режиме коагуляции он также сокращает ткани.

На лице я использую его для обеих задач, на теле – только для работы с рубцами.

По сути любая шлифовка в какой-то степени влияет и на пигмент: кожа отшелушивается, верхний слой обновляется – вместе с ним частично уходит и пигментация. Но если главная задача именно она, есть более подходящие лазеры, например тулиевый. Эрбиевый тоже можно брать, но это далеко не основное его показание. При этом он меньше прогревает ткани, поэтому в таких случаях предпочтительнее СО2-лазера.

Богданова Дарья: Главная задача ProFractional – рубцы после постакне, травм и операций. Шлифовка стимулирует синтез коллагена в дне рубца и помогает сгладить края. Это особенно важно для оскольчатых, вафельных и ледокольных рубцов глубиной до 2 мм. Здесь ProFractional часто дает лучший результат, чем СО2. Особенно хорошо разница видна на тонкой коже: СО2 слишком сильно ее нагревает, и после него чаще появляется посттравматическая пигментация. Я много работала с обоими лазерами и хорошо вижу разницу.

ProFractional подходит и для свежих, и для старых рубцов, а еще для стрий. Полностью убрать их, конечно, не получится, но сделать менее заметными по цвету и рельефу вполне реально. Обычно для этого мне хватает 4–6 процедур.

С постакне ProFractional тоже дает хорошие результаты, но только после того, как воспаление прошло. Если активные элементы еще есть, процедуру я не делаю.

С келоидными и гипертрофическими рубцами ProFractional тоже дает результат, но здесь он скромнее. Лазер прогревает ткани, но не дает жесткой коагуляции, которая нужна, чтобы такой рубец стал более плоским. Если келоид старый, застойный и небольшой, эффект можно получить за 2–3 сеанса, но рубец обязательно нужно подготовить.

На мягких параметрах можно пройти не только по рубцу, но и по всей зоне – например, по лицу. Такая шлифовка полирует кожу, убирает гиперкератоз, уменьшает поры и делает морщины вокруг глаз, рта и в области носогубных складок менее глубокими.

Поверхностная шлифовка заодно убирает и пигмент – меланин в этих слоях тоже испаряется. Поэтому стойкие пятна, которые не удалось убрать на BBL, иногда хорошо уходят после ProFractional. Но мелазма – исключение: с ней лучше не рисковать, потому что после процедуры она может стать ярче.

Еще важно учитывать фототип. С пятым ProFractional допустим, но параметры должны быть мягкими, а сама процедура – очень аккуратной. С африканской кожей я на нем не работала, но при шестом фототипе абляционные шлифовки лучше вообще не делать – даже небольшая энергия может дать ожог. Здесь безопаснее неабляционные лазеры.

Газеева Елена: ProFractional можно делать и на лице, и на теле. На лице я чаще беру его для рубцов – иногда они уходят всего за 2 шлифовки. Также работаю с гиперпигментацией и возрастными изменениями. Особенно люблю его для век и шеи – он хорошо подходит при снижении тонуса и избытке кожи. На теле основные показания – рубцы и гиперпигментация.

Есть протокол и для гипопигментации на теле: лазерный пилинг NanoLaserPeel сочетают с ProFractional, а затем на обработанные участки наносят биматопрост, например Карепрост. По опыту коллег, такая комбинация помогает постепенно восстановить пигмент. Сама я ее пока не пробовала.

- Для каких типов рубцов ProFractional хорошо работает, а для каких не очень?

Резюме: Лучше всего подходит для спокойных атрофических и нормотрофических рубцов – в том числе после акне и операций.

Макшанова Елена: Эрбиевый лазер подходит для атрофических, нормотрофических и гипертрофических рубцов. С келоидами я не работаю – они непредсказуемы: после лазера могут стать лучше, а могут, наоборот, начать расти.

Выбор лазера зависит еще и от глубины рубца. Если он поверхностный, эрбиевого обычно достаточно. Для грубых и глубоких рубцов чаще нужен СО2 – он работает в несколько раз глубже.

Богданова Дарья: Эрбиевый лазер испаряет часть ткани и сглаживает края рубца, а коагуляция запускает синтез коллагена, который постепенно приподнимает его дно. В некоторых случаях рельеф удается выровнять примерно на 80%. Результат зависит и от метода: только шлифовка или ее сочетание с препаратами, которые вводят под рубец.

Мне нравится, как ProFractional работает с атрофическими рубцами средней глубины – с неровным дном и мягкими краями, или с четкими краями и ровным дном, а также с пигментированными следами постакне почти без западения. Иногда эффект заметен уже после первой процедуры, но чаще нужен курс из 4–6.

Со свежими послеоперационными линейными рубцами ProFractional тоже работает отлично. Первую шлифовку я обычно делаю через 2–4 месяца после операции – пока рубец молодой, легче сгладить края, выровнять цвет и не допустить формирования грубой фиброзной ткани. После глубокого удаления родинок лазер тоже хорошо сглаживает оставшийся рубец.

Пока стрии еще красные или фиолетовые, ProFractional работает с ними особенно хорошо – рубец в этот момент, можно сказать, «живой». Коллаген после лазера сжимается, и широкая стрия становится заметно уже.

А вот для старых белых рубцов ProFractional – не лучший вариант. Меланина в них уже нет, а эрбиевый лазер его не восстанавливает. Более того, он еще сильнее убирает пигмент, поэтому после шлифовки белый рубец может стать заметнее.

С широкими атрофическими рубцами, примерно от 7 мм, я бы тоже подумала, стоит ли выбирать ProFractional. Для него это уже слишком большая площадь, поэтому такого эффекта, как на небольших рубцах, ждать не стоит. Но если сочетать шлифовку с подсечением рубца и заполнить его коллагеном или филлером, результат может быть очень хорошим.

С глубокими осколочными рубцами результат слабый – обычно около 30%. Но если добавить, например, СО2-пилинг, эффект может быть хорошим.

С гипертрофическими и келоидными рубцами я очень осторожна, особенно если они плотные. Эрбиевый лазер испаряет ткань, но не подавляет фиброз, а такие рубцы как раз склонны к его активному росту. Поэтому коллаген здесь нужно стимулировать очень осторожно – фиброзная ткань тоже состоит из него. Если после стероидов рубец стал мягче, ProFractional можно пробовать на щадящих параметрах.

С обширными ожоговыми рубцами я бы скорее работала СО2-лазером. ProFractional на большой площади может немного выровнять цвет и текстуру, но заметно изменить сам рубец ему уже сложно.

Газеева Елена: Лучше всего ProFractional подходит для спокойных послеоперационных рубцов – без воспаления и признаков гипертрофии. Это могут быть рубцы после блефаропластики, подтяжки лица, маммопластики, кесарева сечения, булхорна или коррекции заячьей губы. Еще одно показание – постакне на щеках.

Со старыми рубцами тоже можно работать, но иногда перед процедурой нужна подготовка.

Хуже поддаются воспаленные и растущие гипертрофические рубцы. Сначала нужно стабилизировать процесс, а уже потом подключать лазер. Свежие рубцы до месяца мы не берем.

- Каким должен быть пациент, чтобы вы из всех аппаратов выбрали для него именно ProFractional?

Макшанова Елена: Чаще всего это женщина – у женщин кожа тоньше. Например, пациентка с неглубокими рубцами или с запросом на омоложение и сокращение кожи. А в режиме коагуляции я особенно люблю работать в области век.

Богданова Дарья: На мой взгляд, идеальный пациент для ProFractional – со свежими стриями или рубцами до 3–4 месяцев. Хорошо он работает и с неглубокими атрофическими рубцами, примерно до 1,5 мм. По фототипу – до четвертого спокойно, с пятым уже нужна осторожность.

Еще одна группа – пациенты с морщинами и заломами: в кисетной зоне, вокруг глаз, в носогубных складках, на лбу. Кожа может быть и тонкой, и плотной.

Газеева Елена: ProFractional я выбираю для пациентов с рубцами – как старыми, так и относительно свежими, но уже созревшими.

Особенно хорошо он подходит для центра лица, где много сальных желез и ткани быстрее восстанавливаются. Поэтому рубцы над губой, около носа и в области бровей обычно легче поддаются коррекции.

- Нужна ли подготовка к процедуре на ProFractional?

Резюме: Старые рубцы часто шлифуют сразу, плотные и спаянные иногда требуют инъекций или субцизии. Если есть воспаление, сначала снимают его. Перед омоложением век и шеи могут назначить биоревитализацию или мезотерапию, и для проверки дефицитов – анализы.

Макшанова Елена: Подготовка нужна обязательно, потому что процедура довольно травматичная. Сначала проверяем, нет ли у пациента дефицитов – смотрим белок, ферритин, витамин D и другие показатели.

За 1–2 недели до шлифовки желательно сделать хотя бы одну биоревитализацию.

Если пациент загорал, до шлифовки должно пройти минимум месяц. А при третьем фототипе и выше за 2-3 недели начинаем готовить кожу, чтобы снизить риск пигментации – добавляем в домашний уход специальные средства, например Eucerin или другие ингибиторы меланогенеза.

Богданова Дарья: Все зависит от рубца. Если это келоид, глубокий осколочный или широкий атрофический рубец, застарелые стрии – подготовка обычно нужна. Это могут быть инъекции кортикостероидов, коллагена или других препаратов под дно рубца.

Если зона большая, я прошу за 2 недели защищать ее от солнца – перед шлифовкой рубец не должен загорать. Иногда добавляю в домашний уход ретиноиды – с ними вероятность пигментации ниже.

Газеева Елена: Перед шлифовкой я обязательно смотрю анализы и питание. Например, если ферритин низкий, особенно в районе 10–20 нг/мл, кожа может дольше заживать, а риск гиперпигментации будет выше. Если не хватает белка, могу порекомендовать коллаген до и после процедуры. А если у пациента когда-либо был герпес, обязательно назначаю профилактику.

За месяц до процедуры лучше не загорать и регулярно пользоваться SPF – после активного солнца кожа может острее реагировать на лазер. Перед шлифовкой я также советую сделать чистку и убрать сальные пробки.

Активные, воспаленные и растущие гипертрофические рубцы лазером обрабатывать рано. Сначала нужно остановить этот процесс и только потом переходить к шлифовке.

Со старыми рубцами обычно можно работать без подготовки. Но если рубец плотный, спаян с глубокими тканями и тянет кожу, я могу сначала сделать субцизию – подсечь удерживающие его фиброзные тяжи. В других случаях ввожу глюкокортикостероид или расслабляю эту зону токсином и только потом делаю шлифовку.

Перед омоложением век и шеи подготовка важна: процедура интенсивная, поэтому коже нужен ресурс для восстановления и хорошего результата. До лазера можно сделать мезотерапию, биоревитализацию или инъекции коллагена – выбор зависит от ее состояния. Если много сосудов и телеангиэктазий, сначала провожу несколько процедур BBL, чтобы после шлифовки сосуды не начали прорастать с удвоенной силой.

- Насколько болезненна процедура на ProFractional?

Макшанова Елена: Я бы не сказала, что эта шлифовка болезненнее других. За 30–40 минут до процедуры наносим анестетик, поэтому во время работы боли обычно нет. А вот когда анестезия отходит, лицо начинает сильно гореть – все-таки лазер создает контролируемый ожог кожи.

Богданова Дарья: Процедуру делаем с местной анестезией. Иногда, особенно на втором проходе, ощущения не самые приятные, в некоторых местах может быть горячо. Но в целом все проходит вполне комфортно.

Газеева Елена: Я работаю с аппликационной анестезией, но процедура довольно чувствительная. Поэтому в некоторых зонах, особенно при коррекции рубцов, могу дополнительно ввести анестетик с адреналином – он заодно сужает сосуды.

- Как вы выбираете глубину воздействия, плотность покрытия и степень коагуляции? От чего зависит агрессивность процедуры?

Макшанова Елена: Глубину воздействия и степень коагуляции я выбираю прежде всего по толщине кожи. На веках она гораздо тоньше, чем на лбу или щеках, поэтому и параметры там будут другими. При работе с рубцами также смотрю на их глубину и плотность.

Плотность покрытия я обычно оставляю стандартной. Если нужно поработать интенсивнее, например с рубцом, лучше сделаю второй проход. После первого точки идут ровно, через одинаковые промежутки, поэтому какое-то время на коже может быть видна четкая сетка. При втором проходе точки уже ложатся со смещением, рисунок сбивается и следы во время реабилитации меньше бросаются в глаза.

Коагуляцию я использую редко, в основном при работе с рубцами. Сильного лифтинга она все равно не дает, зато процедура занимает гораздо больше времени – анестезия постепенно отходит, пациенту становится некомфортно. Плюс после коагуляции часто остаются синяки, которые могут держаться довольно долго.

Богданова Дарья: В первую очередь – от глубины абляции. Она может быть совсем небольшой, около 20 микрон, или доходить до 150.

Второй параметр – коагуляция, то есть насколько сильно прогревается ткань вокруг канала. При минимальных настройках на восстановление обычно хватает 2–3 дней.

Если нужен более мощный результат, близкий к СО2-шлифовке, я увеличиваю и глубину абляции, и коагуляцию. Тогда реабилитация занимает примерно 5–7 дней.

Газеева Елена: Параметры зависят от задачи, зоны и состояния ткани.

Атрофические, нормотрофические и гипертрофические рубцы требуют разной глубины обработки. Если рубец грубый, плотный и спаян с окружающими тканями, глубину увеличиваю. При умеренной гипертрофии обычно работаю примерно на 250 мкм, а после наношу гиалуроновую кислоту. При сильной могу доходить до 500 мкм и при необходимости добавить глюкокортикостероид – ввести его инъекционно и нанести на обработанную поверхность.

Для омоложения параметры намного мягче. На веках, например, работаю на глубине около 30–60 мкм. Плотность покрытия тоже меняю: около 11% – более щадящий вариант, а если кожу нужно сильнее сократить, поднимаю примерно до 22–26%. При пигментации на лице достаточно 25–45 мкм.

Коагуляцию подключаю, когда нужен дополнительный прогрев – чаще при старых, глубоких и плотных рубцах. В таком режиме эрбиевый лазер работает агрессивнее и по эффекту приближается к CO2. Еще одно показание – избыток кожи на небольших участках, например на веках:

Еще один важный момент – фототип. Чем он выше, тем осторожнее выбираю глубину, плотность покрытия и коагуляцию, чтобы не спровоцировать посттравматическую гиперпигментацию.

- Какая реабилитация после ProFractional?

Резюме: После легкой шлифовки корочки сходят за 2–3 дня, после глубокой – примерно за неделю, а на шее и теле могут держаться до 10 дней. Первые дни бывают отек и краснота, а чувствительность кожи иногда сохраняется 2–3 месяца..

Макшанова Елена: В среднем реабилитация занимает около недели. Первые 2–3 дня лицо отечное и красное, а на 3–4 день начинается микрошелушение: в точках, где работал лазер, появляются маленькие коричневые корочки, которые постепенно отходят.

Обычно первыми начинают шелушиться самые подвижные зоны, например область вокруг рта. Затем щеки, а позже всего – кожа ближе к ушам и линии роста волос. На шее процесс идет дольше, но для этой зоны я ProFractional не очень люблю – особого эффекта там не вижу.

Богданова Дарья: При поверхностной шлифовке до 40 микрон обычно хватает 2–3 дней. Если глубина около 80–90 микрон – до 5 дней. При 120–150 микронах и сильной коагуляции – примерно неделя.

Газеева Елена: Самые важные – первые 72 часа, и эти 3 дня я обязательно остаюсь с пациентом на связи.

Сразу после процедуры кожа красная и болит, рубцы могут кровить до 8 часов. Если подключали коагуляцию, иногда выделяется плазма. Болезненность обычно проходит примерно через 2 часа, при необходимости можно принять ибупрофен. К вечеру иногда поднимается температура и появляется состояние, похожее на начинающийся грипп.

На следующий день отек нарастает и обычно достигает максимума к третьим суткам. После шлифовки век глаза иногда отекают настолько сильно, что их трудно открыть. С четвертого дня отек должен постепенно спадать. Если этого не происходит и воспаление затянулось, риск постпроцедурной гиперпигментации растет. Тогда схему реабилитации корректируют.

Покраснение обычно держится от 3 до 7 дней, в это же время появляются корочки. На лице они сходят быстрее, особенно в центральной части, где больше сальных желез. На шее, декольте и теле кожа восстанавливается дольше – корочки могут сохраняться от 4 до 10 дней.

Даже после полного отшелушивания кожа еще какое-то время остается очень реактивной. Она может гореть после умывания, остро реагировать на холод, тепло, кремы и анестетики. Такая чувствительность иногда сохраняется 2–3 месяца. После шлифовки век в этот период может появиться ощущение «стекловаты». Также возможны сухость и петехии – точечные кровоизлияния при надавливании на кожу.

Если после процедуры появилась гиперпигментация, ее лечат по тем же принципам, что и мелазму. При сухости через 2 недели можно сделать биоревитализацию.

- Когда виден первый результат от ProFractional, когда – максимальный и сколько он сохраняется? Сколько процедур обычно требуется? И есть ли смысл делать несколько легких процедур вместо одной глубокой?

Резюме: Первые изменения после омолаживающей шлифовки видны примерно через месяц, окончательный результат – через три. Эффект длится от года до нескольких лет. Для рубцов обычно нужен курс.

Макшанова Елена: Первые изменения видны сразу после того, как кожа отшелушилась: рубцы выглядят ровнее, рельеф кожи – более гладким. Но это еще не окончательный результат. В тканях сохраняется отек, даже если внешне все уже зажило. Поэтому первый настоящий результат оцениваем примерно через месяц – раньше неоколлагенез просто не успевает пройти.

Максимальный результат виден примерно через 3 месяца. Потом он не исчезает полностью – с каждой процедурой мы постепенно наращиваем дермальный матрикс. Но хотя бы раз в год шлифовку нужно повторять, если речь об омоложении – время идет, кожа продолжает стареть. А при работе с рубцами уже на первой консультации я предупреждаю, что этот процесс может растянуться на несколько лет.

Я не люблю делать несколько легких шлифовок вместо одной более агрессивной. У кожи есть свои резервы, поэтому постоянно стимулировать ее не стоит. Лучше не тратить этот запас на частые процедуры, а один раз сделать шлифовку на адекватных параметрах.

Богданова Дарья: Количество процедур зависит от проблемы. Если рубец неглубокий, иногда хватает 1–2, но чаще я назначаю 4–6.

Сразу после процедуры виден только отек. Примерно через 5 дней уже заметен первый результат – рельеф становится ровнее, особенно после поверхностной шлифовки. Рубцы оцениваем позже – через 1–3 месяца.

Если рубец глубокий, например постакне, я смотрю результат после трех процедур. Обычно делаем их раз в месяц, но интервал может быть от трех недель до полутора месяцев – смотря на каких параметрах работали.

С морщинами результат можно оценить примерно через месяц.

Если пациент может позволить себе реабилитацию, иногда проще сделать одну более жесткую процедуру и получить максимальный результат. Особенно если он приезжает из другой страны. У меня много таких случаев – люди бывают в Москве раз в полгода или раз в год и совмещают поездку с приемом у меня.

Если человек живет в Москве и может прийти 3 раза подряд, можно пройти курс более щадящих процедур с минимальной реабилитацией и в итоге получить тот же результат.

Газеева Елена: При рубцах часто нужна глубокая шлифовка с большими интервалами. Результат оценивают не сразу – тканям нужно время на перестройку и полное восстановление. Поэтому следующую процедуру я провожу не раньше чем через 2–3 месяца, обычно не больше трех раз в год. На лице иногда хватает двух.

Для омоложения достаточно 1–2 процедур в год. Эффект может сохраняться от года до нескольких лет.

До и через месяц после одной процедуры на ProFractional. Работа косметолога Газеевой Елены

- Чем ProFractional отличается от других лазерных аппаратов?

Резюме: ProFractional меньше прогревает кожу, чем CO₂, поэтому восстановление проходит легче, но лифтинг слабее. В работе с рубцами он выигрывает у HALO, зато тот лучше корректирует пигментацию и качество кожи..

Макшанова Елена: Чаще всего ProFractional сравнивают с СО2-лазерами. Для клиники разница в стоимости оборудования может быть существенной, поэтому СО2 встречается намного чаще.

Если сравнивать возможности аппаратов, у ProFractional есть ограничения. Он работает на меньшей глубине, а зона коагуляции тканей у него более узкая, поэтому СО2 лучше работает на лифтинг.

У эрбиевого лазера длина волны 2940 нм, у CO2 – 10 600 нм. Но оба лазера работают с водой в коже, и эрбиевое излучение она поглощает примерно в 15 раз лучше. Поэтому эрбий точнее испаряет ткань и меньше нагревает ее вокруг зоны обработки. ProFractional меньше травмирует кожу, она быстрее восстанавливается, а риск осложнений, в том числе пигментации, ниже. Еще один плюс – возможность безопасно работать с более высокими фототипами.

У CO2 тепловой эффект сильнее, что дает ему преимущество при гипертрофических рубцах и глубоких заломах. Тогда как эрбий больше подходит для атрофических и нормотрофических рубцов.

По сравнению с другими эрбиевыми лазерами ProFractional отличается высокой мощностью – до 50 Дж против 3–5 Дж у конкурентов. Это позволяет за один проход работать на глубине от 25 до 1500 микрон.

Для сравнения, HALO – гибридный лазер с двумя длинами волны: эрбиевой и диодной. Первая работает в абляционном режиме, но проникает лишь до 100 микрон – ProFractional может уходить гораздо глубже. Сильная сторона HALO в сочетании двух технологий: одна волна шлифует поверхность кожи, а вторая прогревает дерму без абляции. Такая комбинация позволяет работать на разных уровнях – от эпидермиса до глубоких слоев, поэтому одной процедуры в год обычно достаточно. Для рубцов HALO подходит не так хорошо, как ProFractional, зато справляется со стриями, пигментацией и возрастными изменениями.

Теперь о том, чем фракционные лазеры отличаются от нефракционных. Работу нефракционным лазером мы называем полной абляцией, или полной плоскостной шлифовкой. При ней верхний слой кожи испаряется полностью – неповрежденных участков не остается. Но уйти так же глубоко, как при фракционной обработке, нельзя: после 300 микрон риск осложнений резко растет.

Поэтому глубокую полную шлифовку делают только в стационаре – со стерильными условиями и регулярной сменой повязок. Риск инфекции высокий, восстановление тяжелое. В России такие процедуры делают буквально несколько врачей.

С моей точки зрения, такая глубокая шлифовка показана очень редко. Я скорее выбрала бы несколько более поверхностных шлифовок вместо настолько глубокой. Такая процедура может быть оправдана, например, после 60 лет при мелкоморщинистом типе старения и сильном солнечном эластозе. Но и тогда надо понимать, что кожа будет восстанавливаться долго, а эритема может держаться полгода и дольше.

Богданова Дарья: Главное преимущество ProFractional – глубину абляции и прогрев тканей можно настраивать независимо друг от друга. У многих фракционных лазеров эти параметры связаны: чем глубже работа, тем сильнее коагуляция.

Нефракционные лазеры работают иначе – они обрабатывают всю поверхность на заданную глубину. Это полная абляция или полная плоскостная шлифовка – она дает более яркий результат, но и реабилитация дольше.

На платформе Sciton, к которой относится ProFractional, для нефракционной шлифовки используют насадку Contour TRL. Она позволяет полностью удалить слой кожи на глубину от 4 микрон. Поскольку нетронутых участков не остается, реабилитация длится дольше.

После полной абляции посттравматическая пигментация появляется чаще. У фракционных лазеров многое зависит от прогрева: например, СО2 дает сильную коагуляцию, поэтому такая реакция тоже встречается нередко. На ProFractional глубину и коагуляцию можно регулировать независимо и тем самым снижать этот риск.

После СО2 реабилитация тяжелее, зато он сильнее прогревает кожу и лучше подтягивает ее за один сеанс. У ProFractional прогрев слабее, поэтому с сильным птозом он справляется хуже. При этом на шее и веках риски у них похожи – слишком агрессивные настройки могут оставить рубцы.

По сравнению с гибридным лазером HALO, который сочетает 2 волны в одной вспышке, ProFractional гораздо лучше работает с рубцами. Но с пигментацией он справляется слабее: HALO за одну процедуру корректирует и текстуру, и цвет кожи – постакне, солнечные пятна, а ProFractional работает прежде всего с рельефом, для пигментации нужен другой метод. Кроме того, после ProFractional отек сильнее, а шелушение длиться дольше.

ProFractional – на мой взгляд, компромиссный вариант: он мощнее Moxi и Fraxel, но требует больше времени на восстановление и переносится тяжелее, чем HALO, а по подтяжке уступает CO2. Его выбирают, когда главная задача – глубокий рельеф и рубцы, а не просто более свежий вид.

Газеева Елена: Главное отличие – можно выбрать режим с коагуляцией или без нее. Если нужно сильнее сократить ткань, включаем коагуляцию – эффект получается ближе к СО2. Если лишний прогрев не нужен, работаем без нее – у СО2-лазера такой возможности нет.

В аппаратах с режимом Stack, например DEKA, нужную глубину набирают несколькими импульсами в одну точку. После каждого из них остаются продукты абляции, которые поглощают часть энергии следующего луча. Из-за этого ткани сильнее нагреваются, дольше заживают, а риск побочных эффектов растет. ProFractional может сразу дойти до нужной глубины за один импульс – окружающие ткани при этом меньше перегреваются.

- Какими аппаратами можно заменить ProFractional?

Резюме: Ближе всего к ProFractional – CO₂-лазеры и эрбиевые аппараты. Для омоложения врачи также выбирают Fraxel и HALO, для некоторых глубоких рубцов – Morpheus, для век – PlaDuo. 

Макшанова Елена: Ближайшая замена ProFractional – CO2-лазер. Если говорить о неабляционных лазерах, например Fraxel или Clear + Brilliant, то потребуется курс: примерно 2–3 процедуры дают эффект, сопоставимый с одной абляционной шлифовкой на ProFractional.

Раньше я довольно часто делала ProFractional на веки, но сейчас предпочитаю PlaDuo в горячем режиме. Он тоже дает абляцию, при этом кожа восстанавливается легче, а результат получается очень хорошим.

Если сравнивать лазер и RF-технологию, то первый больше работает с качеством кожи, ее текстурой. Радиоволна может проникать глубже, поэтому при необходимости мы можем работать с подкожно-жировой клетчаткой и даже поверхностным SMAS. Все зависит от того, какую задачу нужно решить.

Но при атрофических рубцах я часто назначаю обе процедуры. Лазер сглаживает края кратера, выравнивая поверхность кожи, а RF работает глубже и словно приподнимает дно рубца. То есть обе методики делают рубец менее заметным, но работают с ним на разных уровнях.

Богданова Дарья: Полностью заменить ProFractional сложно. Его главное преимущество – возможность очень точно настраивать абляцию и коагуляцию.

Частично его могут заменить СО2-лазеры, особенно при глубоких морщинах. Еще один вариант – Fraxel, неабляционный лазер с двумя длинами волн. На нем можно работать даже с 4–5 фототипом, а тулиевая длина волны подходит для пигментации и тонкой кожи. С омоложением Fraxel справляется хорошо, но при постакне и рубцах, на мой взгляд, он слабее ProFractional на 30–40%.

Из эрбиевых фракционных лазеров с длиной волны 2940 нм хорошей альтернативой может стать Fotona, хотя я все же предпочитаю ProFractional.

HALO – гибридный лазер, единственный в мире сочетающий в одной вспышке две длины волны: абляционную 2940 нм, которая работает с поверхностью кожи, и неабляционную 1470 нм для глубокого прогрева. В комплексном омоложении он идеален: выравнивает текстуру и тон кожи, уменьшает пигментацию и поры, дает лифтинг. Но с рубцами работает слабо.

Еще один вариант – Lutronic Spectra, а среди эрбиевых лазеров можно рассмотреть аппараты DEKA. Правда, сама я ни с теми, ни с другими не работала.

С некоторой натяжкой к альтернативам можно отнести и игольчатый RF. Например, Morpheus иногда дает очень хорошие результаты при глубоких рубцах – в некоторых случаях даже лучше ProFractional. Поэтому я часто их сочетаю: сначала Morpheus, затем ProFractional.

Но при тонкой коже Morpheus, на мой взгляд, подходит хуже – он рассчитан скорее на плотные ткани. Если подкожно-жировой клетчатки мало, использовать его только ради коррекции рубцов не всегда имеет смысл.

Газеева Елена: Альтернативой могут быть другие системы для фракционной абляции:

• Lumenis UltraPulse / AcuPulse – CO2
• Fotona SP Dynamis – Er:YAG
• DEKA – CO2
• Asclepion Dermablate – Er:YAG
• Candela CO2RE – CO2

- Как сочетать ProFractional с аппаратами и препаратами?

Макшанова Елена: Перед шлифовкой кожу можно подготовить биоревитализантами или коллагенами.

Раньше я часто сочетала ProFractional с MicroLaserPeel – плоскостной шлифовкой. Сейчас таких процедур стало меньше. В основном их повторяют пациенты, которым я делала это сочетание 4–5 лет назад: им понравился результат, и они хотят получить его снова. Но реабилитация довольно жесткая, а сегодня люди все чаще хотят обойтись без долгого восстановления. Поэтому я делаю ее все реже.

После эрбия образуются термические зоны повреждения – достаточно чистые каналы. Поэтому сразу после процедуры на кожу можно наносить разные средства для трансдермальной доставки – например, PRP, транексамовую кислоту или экзосомы.

Через 2–3 недели я бы сделала фототерапию. После стимулирующих процедур не только появляется новый коллаген – растет и количество сосудов. BBL помогает убрать лишние и быстрее снять покраснение.

Ботулинотерапию, филлеры пластику, полимолочную кислоту, Radiesse и другие стимуляторы коллагена можно делать через 2–4 недели после шлифовки.

Если после шлифовки еще планируем игольчатый RF, я бы делала его через 2–3 месяца – к этому времени кожа успеет восстановиться.

 Результат одной шлифовки: MicroLaserPeel + ProFractional. Работа косметолога Макшановой Елены

Богданова Дарья: После ProFractional в коже остаются микроканалы, которые закрываются примерно за 72 часа. Поэтому первые 3–5 дней исключаем аппаратные и инъекционные процедуры, а в уходе оставляем только заживляющие средства. Сразу после сеанса можно нанести экзосомы или плазму, а также специальный постпроцедурный SPF.

С 5-го дня можно добавлять увлажняющие сыворотки, пептиды и другие мягкие средства. Кислоты, витамин С и ретиноиды возвращаем через 2–4 недели. Тогда же можно делать RF, HIFU, токсин и плазму. Филлеры на надкостницу – через 2 недели, а при работе в тех же слоях кожи лучше подождать 3–4 недели.

Биоревитализанты с полинуклеотидами или пептидами можно подключать через 7–10 дней – они дополнительно поддерживают синтез коллагена. Перед шлифовкой я их не рекомендую: если ввести препарат за 5–7 дней, хорошо увлажненные ткани сильнее отекут.

При атрофических рубцах через 2 недели можно вводить полинуклеотиды, коллаген или Коллост – воспаление к этому моменту уже стихает, а синтез коллагена еще продолжается. Полимолочную кислоту в этот срок можно ставить только под рубец, а для общей стимуляции кожи лучше подождать месяц.

BBL я обычно назначаю примерно через 3 недели.

Газеева Елена: ProFractional можно сочетать с игольчатым RF. Если после RF сделать поверхностную шлифовку, эффект будет близок к гибридному лазеру HALO, но обработка глубже.

Комбинация с MicroLaserPeel хорошо подходит при мелкоморщинистом типе старения и рубцах постакне.

Через абляционные каналы после ProFractional, которые остаются открытыми примерно 24 часа, можно вводить препараты. В это время наносят факторы роста, экзосомы и лекарственные вещества: гормоны, витамин C, транексамовую и полимолочную кислоты и др.

- Какие осложнения возможны после ProFractional?

Резюме: Чаще всего это поствоспалительная гиперпигментация и обострение герпеса. А слишком агрессивные параметры могут оставить на коже сетчатый рисунок – эффект марли.

Макшанова Елена: У ProFractional осложнения они примерно такие же, как и у других абляционных и фракционных шлифовок.

В первую очередь это поствоспалительная пигментация, которая проходит примерно за месяц. Быстрее убрать ее помогают средства, снижающие синтез меланина, иногда используют и топические стероиды.

Второе – эритема. Краснота может держаться довольно долго, и тогда мы подключаем фототерапию или сосудистые лазеры.

Еще одно возможное осложнение – обострение герпеса. Если он уже был, лучше за 3–4 дня до ProFractional начать профилактический прием препаратов.

Также возможны проблемы с заживлением. Поэтому перед шлифовкой мы просим пациента пройти хотя бы минимальный скрининг – сдать анализы. И если подготовить кожу с помощью биоревитализации или коллагенотерапии, восстановление обычно идет легче.

Богданова Дарья: После шлифовки могут появиться отеки и гематомы, особенно вокруг глаз. Если неправильно подобрать параметры и перегреть кожу – возможны ожоги и рубцы, в том числе стойкие вдавленные.

Пока микроканалы открыты, выше риск бактериальной инфекции. Особенно если наносить жирные средства – они создают плотную пленку, под которой бактериям проще размножаться. Чаще встречаются герпес и милиумы. Последние нередко появляются именно из-за препаратов на вазелиновой основе, которые закупоривают каналы во время восстановления.

Гипопигментация – осложнение редкое, но серьезное. Обычно это результат ошибки во время процедуры или неправильного восстановления. Гиперпигментация чаще возникает при 3–4 фототипе – особенно если перед шлифовкой кожу не подготовили, а после нее неправильно ухаживали.

Еще одна возможная проблема – стойкое покраснение. Оно может появиться после глубокой шлифовки со слишком высокой коагуляцией.

При агрессивной процедуре в редких случаях уменьшается объем подкожно-жировой клетчатки, кожа становится тоньше, лицо выглядит осунувшимся.

У ProFractional есть характерное осложнение – после процедуры на коже иногда остается сетка или полосы. Такое может произойти, если аппарат неправильно откалиброван или врач слишком медленно ведет сканер. Тогда плотность импульсов снижается, а энергия остается высокой – вместо равномерной обработки возникают точечные ожоги с четкими границами. Они заживают дольше обычного, а рисунок может быть заметен до 2–3 месяцев.

Такая же проблема возможна и с СО2-лазером. Поэтому врачу важно хорошо чувствовать аппарат и вести сканер с нужной скоростью: не торопиться, но и не задерживаться на одном участке – иначе останутся точечные ожоги.

Очень важно правильно сочетать глубину и коагуляцию. Иногда коагуляцию хочется поднять – кажется, что так результат будет лучше. Но эрбиевый лазер не может за один проход дойти до глубины 2 мм, поэтому приходится проходить один участок несколько раз. Если при этом выставить коагуляцию на максимум, пытаясь повторить эффект СО2-лазера, верхние слои кожи перегреются, а до нужной глубины лазер все равно не дойдет.

Для начинающих врачей это одна из главных сложностей ProFractional, особенно при коррекции шрамов, глубоких морщин и заломов – когда нужно пройти достаточно глубоко, но вовремя остановиться, чтобы не перегреть кожу.

Газеева Елена: Осложнения после ProFractional делят на ранние и поздние.

Из ранних часто обостряется герпес. Если он уже был в анамнезе, я заранее назначаю таблетки – начинаем за день до процедуры и продолжаем еще 5–6 дней. Полной гарантии это не дает, но риск ниже, а если герпес все же появится, пройдет легче.

В первые 10 дней возможна бактериальная или грибковая инфекция. Если с лечением затянуть, дело может закончиться рубцами. Поэтому после процедуры важно соблюдать уход и не занести на лицо грязь. У меня была пациентка, которая после ProFractional в сочетании с MicroLaserPeel поехала шкурить и красить бытовку. На лицо попала строительная пыль, после чего кожа начала мокнуть и сильно краснеть. Но мы сразу начали антибактериальную терапию и быстро остановили воспаление.

Еще бывают гнойничковые высыпания. Риск выше при дефицитных состояниях, проблемах со здоровьем и несоблюдении рекомендаций после процедуры.

После глубокой обработки могут появиться гематомы, особенно в зоне век. При работе вокруг глаз обязательны металлические шильды – они защищают роговицу от лазера.

Поздние осложнения во многом связаны с иммунным статусом, дефицитами и уходом за кожей. Имеют значение и параметры – слишком агрессивная обработка может привести к пигментации или рубцу.

Из поздних осложнений мы чаще всего видим поствоспалительную гиперпигментацию. Риск растет вместе с фототипом – особенно начиная с III–IV, а при дефицитах или недостаточной подготовке кожи он еще выше. Пятна нередко возникают под глазами и на шее. Убираем их с помощью фототерапии и наружных средств, но обязательно просим пациента строго защищать кожу от солнца.

Возможна и обратная проблема – гипопигментация.

Если выбрать слишком агрессивные параметры и высокую коагуляцию, можно получить еще одно осложнение – сетку на коже, или эффект марли. Этот рисунок уходит постепенно: обычно за 2 месяца – год, крайне редко дольше. Чтобы его убрать, можно использовать плоскостные шлифовки, PRP и другие методы.

- Есть ли специфические противопоказания к ProFractional?

Макшанова Елена: Противопоказания в целом стандартные для лазерной шлифовки: беременность и лактация, острые инфекции и поражения кожи в зоне обработки, обострение хронических болезней, соматические заболевания в стадии декомпенсации, активная онкология.

Имеет значение и прием препаратов, которые повышают чувствительность кожи к свету – к ним относятся, например, некоторые антибиотики. При герпесе процедуру за 3–5 дней назначаем прием противовирусных препаратов.

Еще одно противопоказание – свежий загар: меланоциты продолжают быть активными, поэтому выше риск посттравматической пигментации.

Спорный вопрос – системные ретиноиды. Насколько я знаю, за пределами России их обычно не включают в список противопоказаний. Мы можем провести шлифовку, если пациент принимает изотретиноин в микродозах,. При высоких все-таки отказываем.

Богданова Дарья: ProFractional нельзя делать во время приема ретиноидов, на свежий загар, при инфекции или воспалении в зоне обработки. Еще одно противопоказание – склонность к келоидам. Сам келоид тоже не трогают, пока он активен.

Газеева Елена: Рубцы до месяца не берем – им нужно время, чтобы сформироваться.

Не делаем шлифовку при обострении мелазмы, аутоиммунных и других хронических воспалительных заболеваний, при розацеа и активном воспалении кожи.

Перед процедурой смотрим ферритин, белок, гормоны и другие показатели. Важно, чтобы не было дефицитов, иначе заживление может идти дольше, а риск осложнений будет выше.

Консультанты этого материала

Макшанова Елена Валерьевна
Врач-косметолог, Москва

Богданова Дарья Владимировна
Врач-косметолог, Москва

Газеева Елена Евгеньевна
Врач-косметолог, Москва